ИЗ ГЕРМАНИИ ТУМАННОЙ…

От Первомая до Дня Победы


Кёльн. Против капитализма.

Наши образованные сограждане хорошо знают европейские страны хотя бы по литературе, по множеству запечатлённых сведений и стереотипов. Сегодня на ТВ продолжают не только видовые фильмы показывать, но и множить в ток-шоу старые и новые штампы. Действительность и дорога их разрушает. Например, нам внушают: немцы покаялись за гитлеровское прошлое, у них прививка навсегда. Не знаю: в земле Рейнланд-Пфальц решили вновь начать использовать так называемый колокол Гитлера с изображением свастики и надписью: «Всё для родины – Адольф Гитлер».

Зато что-то вековое и полезное утрачивает. Например, добила германская жд – DB. Взяли c внучкой заранее билеты на поезд Бохум-Аахен. Ну, как до Владимира примерно, но недёшево – 47 евро. Пришли на указанную платформу – поезда нет в нужное время. Чего-то объявили по радио. Дежурного в своей будке нет – только фуражка. Марина побежала в кассы, там спокойно сообщили, что поезд задерживается на 40 мин. Потом на табло зажглось, что ровно на 60 мин. Тащились и приехали с опозданием на 1 час 10 минут. Можно ли такое себе представить с владимирской скоростной «Ласточкой»? А там - спокойно, без извинений, суеты. Нет на них управы! Как сказал мне один ветеран-железнодорожник: «При товарище Сталине – расстреляли бы!». Но толстый контролёр за Кёльном велел мне вдруг строго в билете фамилию ручкой написать. Ишь ты, как порядок любят… Я возмутился: «Почему такой долгий поезд?». Даже не ответил… Ну, если в Германии такой ордунг, то что вообще и от кого ждать? Разболтала комсомолка из ГДР страну окончательно. Преподавательница МосГУ Ольга Жукова прокомментировала: «Когда-то одна моя коллега, выдавшая свою дочь-инвалида замуж в Германию, рассказывала ходящий там анекдот. Германия, война, вокзал, поезд приходит в срок – а как же, это же война! Россия, война, вокзал, поезд опаздывает -– а как же, это же война! Всё, пропал их хваленый порядочек».

Анекдот глуповатый: в войну как раз эвакуация, движение поездов, войск и грузов в СССР были организованы образцово, несмотря на масштабы и бомбёжки путей. Сейчас бы такую махину ни за что не осилили бы! Но и в Германии порядок – накрывается. Слишком много понаехало, да и общество уже не то… Начиная с вокзала, Ахен встречал огромными портретами: премию Карла Великого (!) Меркель будет вручать… Макрону (?). Господи светы, император в золотой раке переворачивается. Просто деградация по всей Европе – от Лиссабона до Владивостока.


В Ахене махровая сирень Полыхает прямо за собором И зовёт куда-то за собою Мимо приграничных деревень. Три страны подходят с трёх сторон. В нынешней Европе многоликой.

Вздрогнул бы, наверно, Карл Великий, Увидав, что здесь царит Макрон – В городе, заложенном у вод, В маленькой столице Каролингов. Карл ему, конечно, не налил бы Или яда влил в болтливый рот…


* * *

В Северном Рейне-Вестфалии 1 мая пышно называется «Днем приверженности к свободе и миру, социальной справедливости, международного взаимопонимания и человеческого достоинства». В этом году Первомаю в Германии – 85 лет. Он был утверждён как общегерманский выходной в 1933 году 1933 году, с приходом к власти Адольфа Гитлера и назывался Днем национального труда.

По горькой иронии, именно 1 мая 1945 года 3-я ударная армия 1-го Белорусского фронта очищала Рейхстаг от немецких войск. В победный Первомай командующий 8-й гвардейской армией В. И. Чуйков принял начальника генштаба германских сухопутных войск Кребса, который сообщил о самоубийстве Гитлера и передал предложение Бормана и Геббельса о временном прекращении огня в столице в целях подготовки условий для мирных переговоров между Германией и СССР. Ставка Верховного Главнокомандующего потребовала немедленной и безоговорочной капитуляции берлинского гарнизона. В 18 часов немецкое руководство отклонило требование о капитуляции. Советские войска продолжили штурм Берлина. И 1 мая гросс-адмирал Дёниц выступил по радио: «Фюрер назначил меня своим преемником. В тяжелый для судьбы Германии час с сознанием лежащей на мне ответственности я принимаю на себя обязанности главы правительства. Моей первейшей задачей является спасение немцев от уничтожения наступающими большевиками. Только во имя этой цели продолжаются военные действия. Пока при выполнении этой задачи встречаются препятствия со стороны англичан и американцев, мы вынуждены защищаться также от них…». Утром 2 мая гарнизон рейхстага прекратил сопротивление. Тогда красных флагов на улицах Берлина и других взятых городов тоже было полно! Но сегодня это цвет борьбы трудящихся за свои права, а не голубые полотнища бездействия наших так называемых профсоюзов.

Профсоюзное движение в Германии считается наиболее мощным в Европе. Эти профсоюзы обладают реальной законной силой, которая имеет возможность не только отстоять права трудящихся, но и улучшить условия работы вплоть до внесения изменений в законодательство. Вот Германский союз чиновников и тарифный союз (DBB). Он насчитывает более 1,25 млн членов и позиционируют себя как объединение подлинных реформаторов: «Реформы не через экономию средств… Прежде всего права людей. Важен каждый индивид». То есть прямо противоположен тому, что несут реформы в РФ: экономия средств прежде всего за счёт людей. Как видим, профсоюз внушителен по численности, но не потому, что так много чиновников на 80 млн жителей Германии, а потому что многие в стране являются государственными служащими. Например, д-р Хольгер Гемба, с которым я беседовал на факультете славистики в Бохумском университете, с гордостью говорит: «Я получаю зарплату не от университета, а от земли Северной Вестфалии. Она, после закрытия последней шахты Рурского угольного бассейна, не самая богатая, но у всех профессоров достойная зарплата – до 5 000. В огромном университете, спланированном как гигантский порт – с корпусами-причалами и строениями-судами учится (с 2015 года – полностью бесплатно!) 43 000 студентов, из них 20 000 будущих филологов, из которых около 1000 славистов. Основные здесь – русская и польская филология, хотя изучаются и другие славянские языки. Хольгер показал мне имидж-фильм о факультете славистики, потому что университет сам ищет студентов – «больше, чем они нас». Обучающиеся имеют много вольностей («Они у нас как партизаны»): им лишь предлагают порядок обучения и набор дисциплин, студенты сами выбирают, составляют личное расписание и организовываются. Главное: контроль – научные работы, семинары, экзамены и самоответственность. Внучка Ольга, которая здесь на практике от своей университетской магистратуры, рассказала, что в языковой группе строго: два непосещения без уважительной причины – и отчисляют без всякого. Не все проходят контроль в семестре – остаются, учатся дольше, у некоторых студентов уже дети – есть детский сад и красивая площадка на огромной зелёной территории.


Профессор Бобров с внучкой Ольгой и профессором Хольгером

Сам д-р Хольгер – специалист по Блоку и Бунину, он защищался у нас в Москве в Институте русского языка им. А.С. Пушкина. Профессор Кристоф Гарстка - директор института славистики им. Лотмана обучался в Санкт-Петербургском университете. Он твёрдо говорит: чем сложней и обострённей ситуация в Европе, тем выше ответственность, тем больше мы должны общаться с Россией, чтобы понимать друг друга. Недаром при нацизме были закрыты все кафедры славистики, теперь – на них огромная ответственность. Немецкая славистика в вузах Германии, словно феникс, снова восстала после угасания интереса к идеям коммунизма - спасло ее отчасти "славянское нашествие"…

Вот ещё одна первомайская краска: при бесплатном образовании университет имеет целую сеть стипендий. Популярна bifeg – стипендия для студентов из не очень обеспеченных семей. Платят всем, но если студент хорошо учится – прощают затраты, а если кое-как, то потом, устроившись на работу – долг государству возвращают. Здесь подсчитали, что средняя зарплата выпускников университета – 3 640 евро, есть из чего выплачивать. Система – хорошая, стимулирующая, но для России – непригодная: слишком много коррупционных прорех и возможностей для субъективных оценок. Про финансовые возможности и говорить не приходится!

Поразило отношение к преподавателям! Про высокую зарплату сказал, сам Хольстер имеет нагрузку всего 13 часов в неделю (примерно вдвое меньше, чем у меня), считается чиновником земли Вестфалии – штуриндиректор (пенсия потом ого!), решением учёного совета получил договор на ВСЮ жизнь. Говорит мне с уважением: «О, я смотрел Ваш сайт – сколько званий писательских и учёных, сколько книг и заслуг, как интересно!»... Подарил книги кафедре и не стал признаваться, что я, переживший семь ректоров, выпустивший девять пособий, получаю гроши, а договор теперь стали заключать НА ГОД, чтобы заслуженные преподаватели, мастера, воспитавшие столько учеников (у меня студенты стали членами Союза журналистов и даже – Союза писателей России), были в подвешенном состоянии. Сначала со мной договор заключили на пять лет, потом на три, теперь до лета: слишком часто меняются команды ректоров их «наполеоновские планы» по реформаторству. А помните выступление премьер- министра Медведева в каком-то лагере на Клязьме. После жалобы преподавателя из Дагестана на низкую зарплату он ответил в таком духе: мол, преподы сами выбрали свой путь, никто не заставлял. Хотите больше зарабатывать – идите в бизнес. Полная глупость – представьте, если все энергичные и знающие последуют совету – что станется со страной? Даже чисто с экономикой, не говоря про гуманитарные науки? Да, в нашей сфере положение аховое, несмотря на давние майские указы президента Путина. Для примера, по данным 2017 года:

· зарплата преподавателя ВУЗа в любимом Путиным-Медведевым Санкт-Петербурге – 37-58 тысяч рублей;

· зарплата преподавателей ВУЗов, например, в Краснодаре – 15-25 тысяч рублей.

То есть в несколько раз меньше, чем ПЕНСИЯ учителей в Германии. Они в большом почёте у немцев: их средняя пенсия превышает 2500 евро (более 180 тысяч рублей). Про профессоров вообще не говорю: пенсия госслужащего доходит до 80% бывшей зарплаты. Хочу спросить у Медведева и других советчиков по поводу заработков: они что, такие там идиоты, превознося работников народного образования, вузов? И не говорит ли о высоком уровне образования, подготовки специалистов, организации общества и профессионализме каждого на своём посту то, что Германия фактически несколько месяцев жила без полноценного правительства. И страна – работала, развивалась. Хотя не без проблем, не без продолжения борьбы за лучшую долю: об этом и шумели красные флаги на ветру, налетавшего с полноводного Рейна.

Александр БОБРОВ


Бохум-Аахен-Кёльн

© 2018  Проба Пера | Газета выпускается на базе кафедры журналистики Московского гуманитарного университета | Россия, Москва, Ул. Юности, 5